Марина Леванте (m_levante) wrote,
Марина Леванте
m_levante

Categories:

Иные места свиданий




 Колян не был сторонником виртуального общения, таких же знакомств и прочих подобных новомодных прихватов, не смотря на свои сорок, он не влился в новомодный бомонд интернет сетей, считая, что паутина, какая бы она ни  была, остаётся паутиной, затягивающей в свои сети разного рода жертвы, и,  плодя различные преступления, разного уровня и калибра, пусть и всего лишь аферистов, что не меняло всей сути этого дела. Молодому ещё мужчине больше нравилось по старинке, встретиться с другом или знакомым,  пусть и накоротке, но живенько так  поболтать,  о том о сём,  и разбежаться, сохранив в  душе след этой встречи, ощутив прикосновение человеческого   тепла  при  рукопожатии,   и помня глаза, тот свет, которые они излучили,  в которые смотрел он   сам и которые  смотрели на него.



Но жить вдали от современности у него не получалось, новая жизнь диктовала новые условия проживания в ней и волей не волей приходилось Коле сталкиваться и с соцсетями, и просто по необходимости крутиться в виртуальном мире, в  мире живого и мёртвого одновременно, когда вроде, там присутствовали люди, но мало того, что большую часть из них  он не знал, так ещё и не уверен был в том, что   все они были теми, за кого  себя выдавали, и  были ли вообще  живыми людьми, а не теми, кто часто смотрел на тебя с аватарки, ведь это было время состоявшегося  технического  прогресса, время механических и электронных   роботов, которыми многие стали, будучи только что настоящими людьми, короче вся фантастика, описанная в книжках прошлых лет, жёсткой  реальностью, почти грохочущим  камнепадом, не предвещающим ничего хорошего,   обрушилась в век нынешний.


  Разумеется,  и Николая не миновала всеобщая  участь активного пользователя соцсетей,  сколь упорно он этому не сопротивлялся, и коль долго не отнекивался не только перед самим собой,  но,  когда он в очередной раз устроился  на  работу,  то его начальник потребовал от  нового работника зарегистрироваться в одной из социальных  сетей, ставшей на тот момент наиболее популярной,   «для дела», как пояснил шеф, ещё и удивившись, что Колян до того нигде не присутствовал, это же  сейчас было так модно, и   стало даже  необходимо,  с некоторых пор,  когда  тебя не только  могли вычислить   правоохранительные органы, облегчив себе выполнение задания  в поимке преступника, но и работодатель мог   узнать, тоже   сильно не утруждаясь,  всю твою подноготную ещё до приёма  к себе.


  Короче,  раз  было  надо, то Коля оформил всё честь по  чести, благо цели     шеф иные  имел, не за ним Коляном,    следить будут, а наоборот,  он будет наблюдателем, ну или модератором  их офисных дел,  потому  и  позволено было  Коляну на аватарке выставить кого хочешь, кроме самого себя, да и обозваться, как-нибудь так позаковыристее, чтобы никто не догадался, что это песня   вообще-то, о нём,   и сесть в засаде и ждать.


Что новый работник и сделал.  На аватарке выставил то ли Бабу- Ягу, то ли какого-то пирата в завязанном на голове   платке, но не Змей Горыныча точно, хотя художник из интернета не уточнил, кого именно он  рисовал,  и  в обмнимку  с  таким же,  не пойми каким котом,  вроде,  из сказки Пушкина про дуб зелёный.  Обозвался просто,  и сильно не заморачиваясь,    Иванов  Иван, сам будучи Николаем Петровым,  ну, хоть не Васечкиным, повезло,  и начал трудиться на новом поприще.


Что означало   в первую очередь,  что  Колян  понавыставлял всяких фоток, не  себя Ивана Иванова, а просто нарытых   где-то   в  сети, картинок с надписями про хорошую и такую же говнистую жизнь, с цитатами от великих,  как  и что не надо делать,  и как правильно поступать, чтобы выглядеть   в глазах других честным,  то есть создал такой свой имидж, устно и мысленно  согласившись   с древнегреческими и римским философами, сам,  будучи простым   сисадмином.  Потом,  к философам жизни присовокупил  всякие картинки с животными, он же должен был быть ещё и  защитником кошечек и собачек,  на аватарке   же забил себе место для кота Баюна, посадив того на колени к тому,  то ли к  пирату,  то ли к  Бабе- Яге,  в общем,  и тут окружил себя только положительными  качествами, добавив ко всему остальному  ещё пару открыток с кудрявоголовыми и розовотелыми   ангелами  и  с  поздравлениями к   Рождеству, святость тоже была нынче   в тренде,  хоть ты и был атеистом, но должен был свято верить, иначе, сходу  вылетал из общей пищевой цепочки любимчиков публики.


Ну, а    для затравки,   поставил   ещё пару выражений про то, что все бабы дуры, а  мужики  лучшие в мире сволочи, ну и про то,  что   «лайк» означает просто «нравится», а не личную симпатию,  чтобы не несли всякую муру, когда будут признаваться  в любви  к пирату, а на самом деле,  что б хоть чуть-чуть  оградить себя от ненужных домогательств,  которые были ожидаемы, и,  в общем-то на этом  всё. Короче,  оформил такой стартап и приступил к основному, начал нащёлкивать себе друзей, именуемых  в сети «френдами».


И вот тут–то и начались всякие неожиданности с неприятностями, к  которым Колян, хоть и был уже готов,   его коллеги по работе предупредили,   как  не профи,     или как   новичка в виртуале, тем не менее, неожиданности оказались более,  чем неожиданными, и это были даже  не нелепости, а, как понял позже Коля, некие закономерности, когда к нему в личку начали ломиться всякие личности для более близкого знакомства и которым, как видно,  не достаточно было,  быть только  френдами, они хотели чего - то большего, не зная, что Коля здесь работает,  а не дружит, даже будучи Бабой- Ягой с котом Баюном, мирно   сидящим у   него на коленях. Но на аватарке же  всё-таки, а  не в жизни, что не отменило всего того, что последовало дальше. И всё же это была его новая работа.


       Поначалу, когда эти натуральные, а не "голливудовские" зомбики начали ему приветственно махать руками, присылая всякого рода анимационные картинки,  и всё же нести всякую чушь, Колян реагировал на это не как новичок, а больше,   как дурачок, не зря же Иваном обозвался, а Иваны в сказках по большей части дураками были, это потом им сказочно везло и они умниками красно-молодцами заделывались. Короче, соответствовал не только мыслям тех философов, которыми поделился с намёком,  будто  это его собственные, но и той  фамилии с именем  своим,  Иван, а для уточнения, что полный  дурак —   Иванов,  и даже почти в полной мере, когда решил отчитаться перед очередным желающим чего-то большего и для этого залезшего к нему, к Ивану-пирату в личное пространство, ещё не успев даже стать его личным френдом, хотя Баба- Яга с пиратом и с котом Баюном все вместе  запрос ему направили, щёлкнув при этом по клавише на  своём портативном  компе.


Но гость, что тоже не забыл рукой с анимационной картинки помахать,  опасливый оказался, осторожничал.  И потому,  начал издалека, как бы так, вроде и ни о чём, но с желанием  выведать всё, будто бы   был тем работодателем: и кто, если не Баба- Яга,   а  пират, а ежели  не пират, то кто,  на самом деле,  и  как  кота   звать, и зачем Иванов Иван,  а не  Иванов Пётр,   ну и так далее, а главное, зачем запрос ему прислал. То, что просто щелкнул, кнопочку нажав, не устраивало сразу и окончательно,  и  не  подходило, должно  было быть,  что-то  ещё, более таинственное, ну, к примеру, подружиться хотел, потому  что  рисуночки ему,  не Петрову,  понравились, которыми делился этот мастер Мазилкин из виртуала, тут рожа пирата с Бабой  Ягой его по всем статьям устраивала, коли рисуночки его,  Мазилкина по душе пришлись.


Но рисуночки Мазилкина  с претензией на великие творения, вообще,  мало, кому  могли понравиться, они выглядели как-то серенько и убогонько, и Коляну они тоже по душе не пришлись, хотя искусствоведом он не был, но в искусстве кое-что понимал. Да  и не в этом вовсе  было  дело, а в том, что —  не нравится кому-то его рожа пирата или Бабы- Яги, ну, не принимай ты запрос, иди, как говорится,  мимо аватарки и не задерживайся, тем более, что Колька здесь не для знакомства сидел и на друзей-френдов глядел.  Но такие, как этот Мазилкин, не могли   мимо  ничего  пройти, это знал Колян ещё по реальной жизни, они были, как тот  персонаж из  одного   анекдота про зануду, которому как только друзья сообщили, кто он есть на самом деле, так он тут же  решил с каждым из них провести подробную беседу для выяснения обстоятельств сего дела. Так и этот Мазилкин из виртуала, пристал к Иванову Ивану, как банный лист -  скажите, да скажите, а зачем вы на  кнопочку нажали,  так же нельзя, ну, просто так, не спроста вы это, того этого,  как его…


Короче, своими  доставаниями на тему пирата и Бабы- Яги настолько  вывел из тени дурака Ивана этот зануда, что  стал он, сисадмин  Иванов красно-молодцем Иваном, сказавшим:


       —   Не нравится —   не смотри, не кушай и  не  нюхай, в чём проблемы-то?


  Писал рассвирепевший Колян не состоявшемуся френду.


       —    Я  не лез к вам в личку, а вы тут права ещё качаете.
Вы себе как, нравитесь? А мне не  очень,  а ещё про    какой-то  адекват говорите. И рисуночки, вот именно, что рисуночки,  мне ваши,  ну, вообще не нравятся. Модератор предложил, я согласился, кнопку нажал. —    В какой уже раз повторила  Баба- Яга и на этом закончила навсегда.


На что обиженный художник, прочитав всю эту возмущённую тираду про безнравственность и доброе отношение к людям, которое вечно боком,  кому-то  выходит,  прислал    рожу  похуже Бабы-Яги на аватарке Иванова, какого-то чела в тёмных очках, означающего, что всё у него,  у Мазилкина,  круто и  тут же  заблокировал Коляна в личке, куда сам и влез для более близкого знакомства с Бабой -Ягой и с пиратом.


       Но на этом такие прихваты на новой работе Коляна не закончились, к нему продолжили ломиться ещё какие-то незнакомые ему   личности,  пользователи этой соцсети, в которой пусть и в образе пирата, но  Коля просто  выполнял задание своего шефа, сам модерировал их офисные дела в виртуальном пространстве, потому что,  так теперь полагалось, и так было модно, ну, и наверное, современно, когда врач, вместо того, чтобы отдыхать после трудового дня обязан был ещё и  в социальной   сети на своей личной страничке посидеть, или учитель, не домашнее задание учеников проверять, а тоже посетить ещё одно своё  совсем не внеклассное рабочее место.


Короче, отбою от таких желающих более близкого знакомства не было,  и Колян начал просто их всех щёлкать в обратном порядке, то  есть блокировать, даже не интересуясь, кто ещё, к нему вломился.


Иногда, правда он сверялся с профилем такого желающего дружбы,и,  видя уголовную рожу на фото,  даже не на  аватарке, явно хотевшего   с ним,  с Бабой- Ягой зачем-то  разобраться, тоже помещал его  в бан и работал дальше.


  В общем, за время своей  работы сисадмином понял Колян одно,  что соцсети—   это теперь ещё и такие места  свиданий,  куда переселились люди, желающие, правда, не только знакомиться и дружить без всяких тёплых рукопожатий, но и ставшие  местами для предложения сферы интим услуг, потому что,  почти что в последний день, когда шеф сообщил Коле, что он переведён на более высокую должность в его компании, к нему в личку постучалась ещё одна личность, засветившись цветом  улицы красных фонарей, о чём не однозначно свидетельствовала красная точка, говорящая о том, что,   кто-то ещё,  уже на прощание,  ломится к Иванову для предложения дружбы. Но,  на этот  раз это была не совсем дружба, или совсем уж,  дружба,  потому что девушка с фотографии с инициалами,  почти такими  же простыми, как Иванов Иван,  Маша Евдокимова, обойдя традиционное анимационное махание рукой, сразу перешла к делу,  написав Бабе- Яге, или пирату  с котом  Баюном вместе взятыми, обратившись к аватарке по имени, как истинная аристократка,  начав со слов:


        —  Приветствую,  Иван,  раз уже ты принял меня к себе в друзья, можем поговорить, как ты на это смотришь?


Иван же, который просто   привычно  нажал   на кнопочку, то есть,  щёлкнул, даже  не удосужившись  посмотреть кого именно, а оказалось какую-то Машу Евдокимову он прищёлкнул,  взяв ещё и её к себе во френды, по сим причинам  особо  не церемонясь,  ответил:


      —   Не в  друзья, а во френды,  и на "ты" не переходил.


    Почти в последний день,  на этом месте своей работы, ему было лень и блокировать, и вообще какие-то телодвижения совершать, он уже покончил с этими обязанностями  сисадмина, и видел себя в более фешенебельном кресле, которое ему посулил  шеф, и потому вяло,  что-то отвечал, не замечая при этом того, что таких непрошенных гостей у него в его приватном пространстве ещё не было.
Тем временем его новая френдиха радостно откликалась, присылая свои сообщения блоками, каждый раз нажимая на "энтер", а  не на точку, её тирады были бесконечны, отдаваясь звоном уведомлений в ушах Ивана и Коляна одновременно, она всё стучала и  стучала, всё пикала и пикала, даже не вызывая в нём  раздражения своей глупостью, ведь это был последний день его  работы на этом месте. И потому  получив    в личке ещё  пару блоков от Евдокимовой Маши, которые выглядели,  как упомянутый,  когда-то Мазилкиным  неадекват, она писала  не в тему, не в тему того, о чём сама же и хотела поговорить:


      —   Давай конечно на ты


      —   Красивые твои в альбоме фотографии. Чем занимаешься,


      —   Пиши что-то про себя немножко.


Стесняться уже не приходилось,  он не был уже сисадмином, он почти что,  не был и на своей работе,   и потому Колян, в соответствии с тем своим не философским выражением, а собственным умозаключением, нарытым в виртуале,  о том,   какие все мужики отменные  сволочи, отбомбил:


              —   Про себя и немножко?  А  множко,  хочешь?  Имею  таких дур безмозглых, как ты, во все щели и дыры.   Ну, а теперь ты про себя. Ты, как, хороша, в койке?


Успев всё же посмотреть и поняв,  что это за Маша Евдокимова, продолжил  изгаляться Колян, на что пришло полное подтверждение его  почти не догадкам, опять выданное блоками:


        —    Иван ты мне понравился,


        —    Ты прикольный, я хотела бы стать ближе друг к другу, ты,  не против?


Тоже продолжала свою программу девушка лёгкого поведения из данной соцсети, где и  для таких  было теперь    достаточно   места для  свиданий такого рода.


         —  А  ты мне нет.  А,  знаешь, почему? Ты дура.


Грубил Колян, потому что,  на самом деле,  не был из разряда  сволочных мужиков и уважал женщин, а не шлюх и не дур.


        —   Иван,


        —   Ты в Москве?


Всё продолжала не  впопад его мыслям  писать блоками через запятые дура и шлюха.


        —    Нет. В  доме престарелых.


Попробовал таким образом избавиться  от  уже сильно  надоевшей    ему пользовательницы-френдихи Колян, что, разумеется же,  не возымело никакого  действия, это же была не просто девушка лёгкого  поведения по имени  Маша Евдокимова,  это была настоящая шлюха, ну или проститутка,  ищущая себе таким образом  клиентуру,  видно, времена для таких  настали теперь  сложные, с улиц городов и с дорожных   магистралей их поразогнали,  чай не 90-е,  а кушать,   одеваться и просто жить,  по-прежнему хотелось, вот они и сосредоточили свои поиски в виртуальном пространстве  и им уж точно было всё равно, откуда этот клиент будет родом, пусть  даже и из дома престарелых, но всё же столичный,  был бы предпочтительнее, и потому, не поверив Ивану, что он стар и немощен,  проститутка продолжила настаивать в своём стиле:


            —  А, давай,  как- то встретимся —   погуляем где- то.


Так как ещё одного блока ни с запятой, ни без,  она не выдала, то Коляну ничего не  оставалось  как,  не дождавшись  ещё одного  звонка уведомления,    спросить:


              —    По кладбищу,  хочешь?


Но и предложение прогуляться по кладбищу, как и дом престарелых  вместо столичных улиц,  не смутило   Машу Евдокимову,  и она продолжила уже не останавливаясь,   взахлёб  писать уже знакомыми  блоками:


           —   Дай сотовый,


           —   Я тебе позвоню,


           —   Ты скинешь телефончик свой личный,


           —   Я сама тебя наберу.


Всё за свои же деньги предлагала она  себя незнакомцу в образе  Бабы -Яги или пирата, что  было ей абсолютно не важно, она была профессионалкой  своего дела,   то ли Машей  Евдокимовой, то ли ещё кем,    короче, просто френдихой   с лицом живого человека на  аватарке и  на прочих выставленных ею фото,   совсем не по чистой случайности, оказавшейся проституткой,  и потому Колян не выдержал и,  не смущаясь,  спросил её:


              —    У  тебя ж мозгов нету,   как набирать будешь?   Кроме клиентуры ничего же  не можешь  набрать. Тебя в бан здесь ещё не посылали с заявой модераторам?


   Но,  как видно,  лишиться такого славного места свиданий, как виртуальная соцсеть дама лёгкого поведения не захотела и потому замолчала. Угроза вылететь из социальной  сети  и остаться без средств  к существованию, а следом  возможность  вернуться на вокзал,   ей не пришлась по душе,  и это были совсем не мелочи по сравнению с картинками Мазилкина,  не пришедшимися ещё в самом начале его работы  по душе Коляну, тут всё было гораздо серьёзнее,  и впору было Маше Евдокимовой присылать  уже ту рожу чела в тёмных очках, которая  была бы единственным живым, среди всех прочих не совсем живых, или не всех поголовно живых  пользователей,  свидетельством, о том,   как всё у неё  здесь  круто.   Место свиданий круче некуда.


   А ведь раньше такое было бы просто невозможно, и таким леди, как виртуальная френдиха  Коляна, приходилось в мороз и холод,  почти в одном исподнем выходить на заснеженные или мокрые и грязные от проливного дождя  улицы и там  предлагать свои платные услуги, зато было в этом одно преимущество,  им не  надо было предлагать за свой счёт на сотовый позвонить клиенту.  И всё равно, технический  прогресс облегчил жизнь даже таким людям, правда сильно затруднил понимание и осложнил, сделав совсем не безопасной,  даже просто работу сисадмином таким,  как Колян, который так и остался верен своим привычкам, когда не сидел в  офисе, на рабочем месте,  а встречался со  своими друзьями и знакомыми   в  простой, не усложнённой аватарками с Бабами- Ёгами и пиратами, и разными никами-кличками,   и в  такой знакомой реальной жизни, где всё было более понятно, чем в виртуале, и где всегда была возможность, посмотрев  в глаза  человеку,  понять говорит ли он в тот момент правду,  смеётся ли,  или иронизирует вместе со смеющимися глазами, и всегда быть точно уверенным, что перед  тобой живой человек, а не труп, ощутив тёплое дружественное рукопожатие и без каких-либо при этом  намёков  на более близкие отношения от разных   маш   евдокимовых, ищущих  совсем   иных мест свиданий.


18/10/2018 г.


Марина Леванте


© Copyright: Марина Леванте, 2018
Свидетельство о публикации №218101800334


https://www.proza.ru/2018/10/18/334


Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • В чём смысл жизни?

    Жил долго и можно сказать счастливо, удачно медитируя на зле, на собственном мнении, облаченном снова в зло, когда всё…

  • Реклама в штанах

    Сейчас не реклама, А жизнь вся в рекламе, Где всё и всегда для людей, Такие чуднЫе и милые штучки, Что быт украшают, Простых…

  • То не прожилки на листе, то нервы

    Красиво лист шуршал, Под той ногою, Что медленно ступала по тропе, Хрустел, будто надломленные души, Которые стенали в…

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments