m_levante

Сексуальный мозг, как жизненное везение



/Как известно, незаменимых нет. Но кто-то зная это, всё же не согласится, с тем, что свято место пусто не бывает. И всё же они есть — незаменимые, это когда чью-то индивидуальность, упирающуюся в глупость, повторить могут очень многие. Вот тут те самые незаменимые и повторимые есть и в огромном количестве, когда дело касается отсутствия ума./

                                                        ***
 

           Она не была красавицей, эта Надя Касимова, так, хорошенькой в молодости, у парней своего возраста не пользовалась особым успехом, но и не сказать, что оставалась неприметной для них.
 

         Тем не менее, уже будучи замужем, переживала из-за каких-то известных только ей недостатков своей внешности, и искала секрет своей привлекательности для собственного мужа, с которым, несмотря на то, что он был нацменом, азербайджанцем из Баку, где она ещё будучи девчонкой, оказавшись на Кавказе волей случая вместе с родителями и там же окончив школу, а потом окончила техникум, встретила Садыха, и считала что ей очень повезло.
 

       Тем не менее, став уже бабушкой двух внуков и внучки, всё не успокаивалась и искала разгадку того самого секрета, и однажды, ей повезло.
 

     Как-то раз сидя в интернете и выискивая там разные афоризмы, статьи по психологии на тему порядочности, честности, вранья и прочего, короче, всего того, что было сейчас очень модно, ей попалось выражение, которое Наде пришлось по вкусу, ей показалось, что это оно и есть, та самая разгадка секрета её привлекательности для её Садыха.
 

     А выражение, вернее фраза, относилась к немецкому фотографу, 30 лет проработавшему в известном модном журнале “Vogue”, который за время своей работы пришёл к выводу, работая в основном с женщинами, что самое сексуальное в ней, в этой женщине, — это её мозг, с чем и согласилась Надя, посчитав, что вот именно за это и полюбил её, её Садых.
 

     Фэшн-фотограф Питер Линдберг, вспоминая свою жизнь, говорил о том, что он видел столько ягодиц и грудей, больших и маленьких, что в какой-то момент размер перестал иметь для него значение. Вот тyт-то и выяснилось, как сказал он, ориентируясь на свой профессиональный опыт, что самое главное в женщине — это мозг. “Даже когда c ней спишь. Нет. Особенно, когда с ней спишь.”
 

      Сказанное фотографом с мировой известностью, сильно зацепило Надю, на самом деле не имея к ней никакого отношения, но она очень хотела, чтобы это было правдой, сексуальность женщины, сосредоточившаяся в её мозге.
 

       Она даже думала, что и у мужчины всё то же самое, его сексуальность не в штанах, где не только разных размеров пенис находится, но и ягодицы, когда крепкие, а когда круглые, но всегда сексуальные для кого-то, как и не важно конкретно какие размеры пениса тоже для кого-то имели ту самую сексуальную привлекательность.
 

      Но для того, чтобы перейти снизу, с грудей разных размеров, и разных форм ягодиц, которые однажды приелись именитому фотографу, он смотрел на них, как на женское лоно врач-гинеколог мужчина, перейти на верхнюю часть тела мужчины, или женщины, остановившись на его или её мозге, для того, чтобы назвать именно его сексуальным, для этого надо было хорошо знать этого человека, и восхищаться его умом и следом может быть, даже изобретательностью в сексе, и попросту говоря любить его или её, когда действительно не волнуют какие-то отдельные красоты в женском или в мужском теле, и у кого-то кривые ноги и некрасивые груди вызывают сексуальное желание, и не потому что кому-то нравятся кривоножки, а потому что эти кавалерийские ножки колесом и эти груди, не как у топ-модели, принадлежат любимому человеку, который, отвечая тебе взаимностью, знает в тебе то, что не знает другой, знает о чём ты думаешь и как думаешь, он имеет понятие о том, что творится в твоём мозгу, в том самом, который кто-то, именно на этом моменте абсолютно правомерно, назвал самой сексуальной частью тела человека, ценя в тебе не твои внешние данные, а любя целиком, любя всё без исключения, и да, мозг тоже, который думает и говорит то, что и тебе нравится и что ты любишь, и что совпадает с твоими мыслями и желаниями.
 

        А, учитывая, что кому-то всё же в первую очередь импонирует в человеке его ум, он его уважает, ум и человека, обладателя этого ума, то, когда приходят более глубокие чувства, то он начинает любить и все остальное, поглощая объект своей любви целиком, не выделяя при этом какие-то отдельные его части.
 

      Но Надя, почти любуясь найденной фразой, всё уверяла, что самая сексуальная часть у женщины это мозг, и что у мужчины всё то же, его сексуальная привлекательность находится в голове. И с этим даже можно было как-то согласиться, зная, что если мужчина сосредоточен только на внешних данных женщины, то истинных чувств там нету, возможно влюблённость, но никак не любовь, а ведь Садых любил Надю, она это знала точно, он можно сказать,  с самого начала их знакомства и по сей день стриг ногти ей на ногах, и помнила она, не смотря на пройдённые годы то, как  бегала на свидание к мальчишке и он предложил ей выйти за него замуж, а она параллельно встречалась и со своим будущим мужем, который был хорошо так постарше  паренька,  предложившего Наде руку и сердце, и  не забыла о том, что она отказала мальчишке.

       Помнила, как он расстроился. И как его успокаивали друзья, говоря: "Держись, братан, она не стоит твоих слёз! Ты посмотри , как она одевается".

       — А на мне, в те далёкие семидесятые, топик короткий был и на бёдрах колокола.

       Обиженно каждый добавляла Надя, при случае рассказывая эту свою историю молодости, когда ей и в голову не приходило, что та её ситуация с двумя ухажёрами не характеризовала её, как очень честного и порядочного человека, ведь она бегала на свидание сразу к двум мужчинам одновременно, не понятно даже отчего, определится не могла, что ли, на тот момент, кто же лучше? И при этом врала обоим, не считая, что дело было вовсе не в её внешнем прикиде, и не понимая, что это были всего лишь слова утешения парню “Посмотри, как она одевается”, которого она обманула изначально, заглядываясь на возрастного Садыха, но и не игнорируя молодого парнишку. И потому, да, действительно не стоила она его, как, надо полагать и второго, того, что был гораздо старше, и который стал всё же её мужем, но она и его уже заранее умудрилась обмануть. Садых просто не знал о параллельных свиданиях своей будущей супруги, иначе, учитывая ещё и его горячие кавказские крови, вряд ли даже предложил бы Наде выйти за него замуж.

       Но он не знал. Ей повезло. Или всё же ему повезло, что не знал, и потому она стала его женой, которая считала, что ей с ним очень повезло, но по иным причинам. Ну, во первых, ногти... на ногах... которые Садых до сих пор ей стриг, и потом, она ведь тогда сумела таки, не смотря на молодость лет, отделить котлет от мух, как она сама говорила, не спутав мальчишечью влюблённость с настоящими чувствами своего будущего мужа. То есть, она всё же выбирала, даже примерялась, сравнивая, кто любит, а кто просто влюблён. И не прогадала, поняв, кто муха, а кто котлета. Правда, по сей день она всё сомневалась, прожив с котлетой, а не с мухой, фу, ты как противно-то, что такое муха и что против неё котлета, которая ввиду своего возрастного и не только перевеса задавила назойливое, не в меру жужжащее насекомое, передавив мальца своей значимостью для Нади, и с которой—   с котлетой и со значимостью одновременно, она прожила не много, не мало, а лет так уже 40, и всё сомневалась, не могла понять, что же в ней так привлекло тогда Садыха.
 

           Но теперь-то, благодаря Питеру Линдбергу она знала точно, что именно, — её мозг, оказавшийся таким привлекательным, что на ней даже женились. Да и её саму разве могло в этом мужчине южных кровей привлечь что-то иное?

       Конечно же нет, только его мозг, такой невзрачный весь в прожилках-прогалинах, корявый шарик, поделённый на два полушария, и неизвестно, какой из них больше думающий, очень симпатичный такой орган и такой сексуальный, если    соотноситься с заявленной   теорий величайшего фотографа из фэшн- индустрии, который вообще-то, ко всему прочему считал, что красота, является проявлением мужества, это умение  быть самим собой, что значит, даже некрасивый человек мужественен, если считает себя красивым, в этом и заключается это качество —   мужество, умение считать свою естественность красивой, когда расхожее выражение, всё, что естественно, то не  безобразно, подходило сюда, к словам фотографа, как нельзя лучше.

      И Надя, найдя, наконец, главную разгадку успеха своей жизни, что б не обижать Садыха или больше сравняться с ним хоть в чем-то, всё повторяла и повторяла:

        — У мужчин тоже!

Имея в виду тот сексуальный орган в виде мозга.

       Правда, на вопрос, самым главным или самым сексуальным всё же является у женщины мозг, ответа не имела, да, её это и не сильно волновало. Основное она теперь знала.
 

      При всём этом, обманув двух мужчин сразу, считала себя порядочной, всё роясь в интернете в поисках подтверждений своей порядочности, делать особо нечего ей было, она не работала и потому и сидела, и выискивала уже упомянутые афоризмы о честности, любви и дружбе от разных великих людей, как будто простые не могли ей сказать то же самое и по простому, не путая читателя, говоря о сексуальности мозга и о его главном значении, когда уже хотелось сказать  самой Наде, глядя  прямо в её круглое лицо, зная всю историю её жизни, наполненной доверху лживым лицемерием, и всё то, к чему она вообще, проявляла интерес в этой её жизни, сказать, что это её мозг и есть тот сексуальный орган, заменяющий половой, который не является главной составной частью у человека, потому что очень похоже было на то, что она вообще никогда не думала,  о чём  говорит, всё только повторяя и повторяя при случае:

        — Я всего- то на всего сумела отделить мух от котлет.

         Потом вспомнив, что люди всё же это не котлеты и не мухи, слегка исправившись,  добавляла:

           — Пардон, любовь от влюблённости смогла отделить. Вот!

Что не звучало сильно лучше, её умение отделить любовь от влюблённости.

                   И снова и опять...

       — У мужчины тоже!

        Всё про сексуальность и про мозг, про честность и правду, всё те же красивые слова, нарытые из интернета, а ответ на вопрос, мозг у женщины, это всё же самое главное или самое сексуальное её место, она, кокетливо улыбаясь, предоставляла нарыть, порывшись в просторах интернета, тем самым мужчинам, у которых всё то же, коли они сами в лице Питера Линдберга и высказались в таком ключе и потому Надя всё говорила:

       — Это решать мужчинам.

     Хотя, сама, она, как женщина, уже решила всё в отношении мужчин, основываясь на решении мужчин в отношении женщин, всё повторяя то своё неизменное, будто выученное наизусть “ У мужчины тоже” , то есть, надо было полагать, что она всё же знала, какой частью является, у человека, обобщая, мозг.

        И всё   же она этого  не знала, тут не получалось мух от котлет отделить, сексуальность от главного, попросту не понимая вопроса, как и не могла определиться она с тем, что есть незаменимые люди, которых нет.

          Тоже найдя в том же помойном вообще-то источнике, коим чаще всего является интернет, фразу, ставшую афоризмом, про то, что незаменимых людей нет, а она с ней сразу и в корне была не согласна.

        Ну, как это так? Однажды кто-то обронил подобное, и все подхватили. Поверили, что народ можно тасовать, как карты, и ничего не изменится. Это же обидно и ещё как! Что значит, как карты... народ... как мухи и котлеты? И что значит незаменимых нет? Вон и Есенин написал, она эти строки тоже там же нашла, в интернете, где поэт не набил по клавишам, а ещё написал на бумаге:
 

"Неповторимы ты и я.
Помрём - за нас придут другие.
Но это все же не такие.
Уж я не твой, ты не моя."

        И вот, она, Надя, тоже, как поэт Есенин, считала, что все люди индивидуальны и незаменимы. Ну, как, как можно заменить Жванецкого или Уланову на кого-то другого?

— Не согласна я с этим высказыванием! Нет!

        С тем, что вроде Сталин сказал, а до него Вудро Вильсон произнёс, да, и какая разница, кто именно, не согласна она и всё. Вот!

        А подумать,  тут это было совершенно не к ней, ведь её мозг всё же был и есть,  точно и определённо,  тем сексуальным органом, замещавшим половой, и не был он у неё никаким не главным, потому как Есенин говорил о неповторимых, а не о незаменимых, которых нет, есть те, кого не хочется заменять и есть неповторимые, как упомянутый ею же, Надей, Жванецкий и иже с ним. И это два разных понятия, и заменить можно всё же кого угодно, но вот повторит ли он качества предыдущего, будет ли таким же, или окажется хуже или лучше, это другой вопрос.

      Как бывает в жизни, когда чужие люди заменили погибших родителей... и здесь тоже не действует незаменимых нет.
 

        Но Есенин же сказал, она с ним согласилась, продолжая не соглашаться со Сталиным и  с  Вудро Вильсоном, выражая полное согласие с Софи Лорен, которая в свои 70 сказала, что когда женщина перестаёт быть юной и прелестной, она становится мудрой и шикарной, а Наде было за 60 и вот- вот будет, как Софи, 70, значит и она станет мудрой и шикарной, тем более, что она все годы подражала кинодиве, так старалась, как могла и в чем могла, все же не в Италии жила и не в США, а в Советском Союзе.
 

                А знаменитая итальянка всё напрашивалась на комплименты, соответствующие её возрасту, а что оставалось, ведь удалось дожить до 70-ти, и даже сфотографироваться на фото в стиле ню, в свои годы продемонстрировав свой блестящий внешний вид, на который давно наплевал фэшн-фотограф. Но 70! Не каждому дано дожить до таких лет и ещё публично в голом виде себя выставить на всеобщее обозрение, как тут не станешь мудрым. А тут и доказательство той мудрости, те самые упомянутые Питером Линдбергом груди и попа, хотя сама Лорен почему-то о глазах говорила, которые,  если не плакали ни разу, имея ввиду свои, конечно же, не могут быть красивыми. Метафора, что поделаешь, но как запала в душу Наде, эх, как красива и умна, эта Софочка Лорен, всё  в ней сочетается!
 

      "Мне бы так, и ум, и красота, и мудрость, и глаза с голой попой", — думала про себя Надя Касимова, продолжая подражать в свои 60 семидесятилетию любимой актрисы, пытаясь как можно больше плакать, чтобы глаза, как у Софи Лорен, были красивые, но при этом заплаканные, зря, что ли, подражала, тем более, знала же, что незаменимые есть. Те, кто, как и она, блещут полным отсутствием ума и порядочности, имея вместо мозга половой орган, и даже не важно, главный он или сексуальный, вполне достаточно, что и он незаменимый для тех, кто её окружает в жизни, потому что незаменимые есть, как сказал Есенин, оговорившись и назвав их неповторимыми, а не как уверял всех Сталин вместе с Томасом Вильсоном. И потом Надя, обманув на начальном этапе своего мужа, тоже ведь оказалась незаменимой для него, вон сколько вместе прожили, дожили до того момента, когда женщина перестаёт быть юной и прелестной, а становится мудрой и шикарной.
 

       Вот и Надина мудрость вылилась в её шикарный вид, в ту самую мозговую сексуальность, в причину её жизненного везения, когда, употребляя её же слово “пардон”, пардон, вместо головы у человека, ещё раз пардон, всё же жопа.

03.10.2021 г
Марина Леванте

[

© Copyright: Марина Леванте, 2021
Свидетельство о публикации №221100300838 

Error

Comments allowed for friends only

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded