m_levante

Второй глаз


            Это не был   взгляд,  бегающий по сторонам и уходящий от ответа, это не были глаза настенных часов-котиков, которые тоже перемещались из стороны в сторону, из угла в угол, ища спасения от невидимого противника, это были глаза, которые, казалось выдавливались изнутри наружу, согласно выходя из орбит, и там уже творящие всё   то, что хотели.

        От жуткого давления изнутри, когда казалось, что   кто-то стучит, пытаясь выбраться из черепной коробки наружу, а когда ничего не выходило он с силой  давил на оборотную сторону глазного яблока, отчего оно спереди наливалось алой кровью и выплескивалось вместе с ней из глазниц, оставляя их  позади себя пустыми и обездоленными, но свободно дышащими, потому что тот стук с давлением был в разы хуже ощущаемой пустоты, того вакуума, который можно было чем- то заполнить без риска снова ощутить    то невыносимое давление изнутри, к примеру вставить искусственные стеклянные глаза,  стеклярусы, но которые,  правда,  не смогут видеть и они не увидят даже того, что происходило сейчас за пределами глазниц, которые покинули выдавленные кем- то  глаза, и которые сейчас живя отдельно от своего родного дома, будто моллюск, покинувший в жару свою раковину, они,  не утратив своей способности всё  обозревать, не только видеть   лучше и больше, чем те глаза из настенных часов- котиков, никогда не меняющих угол своего зрения,  эти глаза, оказавшиеся вне стен своего привычного места обитания,  прыгали сейчас по столу, взбирались на шкаф   и оттуда смотрели вниз, обозревая комнату, в которой случайно или так неожиданно оказались. 

           Они держались   друг за друга и за руки, эти глаза, чтобы хоть здесь, раз не вышло там, оставаться вместе и быть неразлучными. Со стороны казалось, что между ними в качестве связующего звена была такая тонкая, но крепкая веревочка, позволяющая им не потерять друг друга, не выпустить друг друга   из поля зрения, и вот так они, оба эти глаза,  и перемещались по комнате, держась друг за дружку и готовые в любой момент оказать поддержку один другому.

     Хотя они вполне могли существовать и  отдельно друг от друга, но не хотели,  хотели быть глазами тех глаз, которые могли видеть по отдельности, но хотели  видеть  одно и то же,  одну и ту же картину мира, на ощупь передвигаясь по жизни, осторожно цепляясь руками за предметы, которые встречались им на пути и в той комнате, осторожно, чтобы не промахнуться, ошибившись, и упав скажем,  со стула,  не узнав, что он был колченогим.

            А это падение грозило им расставанием, потому что тогда их связующее звено, та хоть и крепкая, но тонкая веревочка,   могла разорваться и они продолжили бы свое передвижение по отдельности, весь остаток пути находясь в вечном поиске второго напарника,  подходящего для своей пары  глаз, которого  вряд ли бы нашли,     и так и остались бы одноглазыми, сузив свое мировоззрение ровно в два  раза,   которое сейчас давало им понимание того, насколько тонка та нить, что связывала их крепкими узами,    и что ни за что нельзя позволить ей разорваться.

     И потому они осторожничали, оба эти  глаза, тщательно ощупывая каждый встречающийся им на пути предмет, не потому что не были смелыми, а трусливыми, а потому что опасались,  потеряв друг друга, утратить главное, ту нить взаимопонимания, которая удерживала их друг около  друга,  зная как этого не хватает в  том мире, где они случайно, а может и не случайно, оказались, покинув свой родной дом, будучи в жутчайший накал страстей, а на самом деле в случившуюся страшную   жару,   выдавленными  наружу и от того они  вынуждены были продолжать своё   существование в таком виде, как и тот моллюск, оказавшийся вне своей раковины в жутком одиночестве и вряд ли способный выжить, он же был совсем один, а глаз было двое и они знали, что вдвоем они  имеют шанс остаться живыми там, где оказались, опираясь друг на друга, и сохраняя  крепость той веревочки, что всегда не только в виде тонкой грани,   существовала между ними, а и держала их в состоянии близости и взаимопонимания, и к которой  надо было относиться  бережно,  заботясь  о ней, и лелея её,  как о том взаимном понимании, которого так мало было в этом мире.

          Вон,  даже глаза настенных часов- котиков смотрели в разные стороны, не говоря уже о тех, что  постоянно убегали от ответственности, и потому эти глаза продолжили своё  совместное передвижение по комнате, зная,   что за её  пределами, как за пределами той черепной коробки, из которой они вышли, есть ещё  один,  другой мир, который  они познают вместе, когда соскочив со стола, запрыгнув на комод, потом на подоконник,  вместе посмотрят в окно и увидят то, что там их ждало, тот,  другой мир, в который они попадут,   держась за  руки, ибо так легче жить в этой непростой жизни,  имея рядом такого вот понимающего напарника, как свой второй глаз.


14.07.2021 г

Марина Леванте

© Copyright: Марина Леванте, 2021
Свидетельство о публикации №220101400955


Error

Comments allowed for friends only

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded