Марина Леванте (m_levante) wrote,
Марина Леванте
m_levante

Кто ты, Мудон Первый?

Кто это такой Мудон Козлов? — часто спрашивал народ, слыша где-то великий звон из малой епархии его величин...? И следом чутко пожимал плечами, оглядываясь вокруг, пытаясь разглядеть эту невидимую величину…

А Мудон, или как многие звали его просто Мудя, был велик, велик настолько, что величины его раздувались до неимоверных размеров его всё не воплощённых амбиций… Он хотел быть всем и быть везде этим всем, короче, он хотел бы называться не Мудон Козлов, а Мудон Великий и конечно же только Первый… Но в жизни всё было совсем не так, как оно обычно и происходит у людей, и потому окружающие звали его, кто просто Мудя, а кто — Сука-Мудон, и следом приговаривая «отдай деньги, жидовская морда».

Кто лично не был знаком с этим маленьким кругленьким лысоватеньким человечком, что вечно пялился  в  свитер  бутылочно-зелёного цвета, на анфасе которого, что значит на главной округлости  небольшого туловища,  многозначительно  красовались вязаные  морды двух северных оленей, с ветвистыми рогами, довольно  быстро начинал понимать, сначала, недоумённо уже по привычке, пожав плечами, почему почти никто не желал обращаться к нему, как тому хотелось — Мудон Великий Первый, а звали просто Мудя, ну или ещё, Сука-Мудон…

 Что ему самому не нравилось в этих накрепко прилепившихся к его личности названиях, не совсем было понятно…?

Может, они напоминали ему истории его прошлых лет, при воспоминании которых Мудону становилось как-то сильно ни по себе, и он начинал даже зябко поёживаться, но это не отменяло того, что он продолжал соответствовать своим прозвищам…. Особенно тому, второму, когда громко и возмущённо, ударяя Круглечка, что валялся в тот момент на земле, пытаясь прикрыть лысоватый череп руками, что представлял единственную ценность во всём его трухлявом тельце, били ногами в тяжёлых ботинках сначала по голове, потом с силой по рёбрам в том, натянутом по обычаю, до глаз, что жмурились в тот момент от боли, свитере с оленями, и так же методично повторяя: «Отдай деньги,  сука Мудон...» при этом, каждый раз прибавляя, знакомое «жидовская морда», а следом, «Мудя-Козёл», таким образом, интерпретировав его настоящую фамилию, которую он и сам не очень-то любил.

Но кто-то же звал его просто и коротко-лаконично — «Мудя» и это были не только его дети в количестве шести  штук, из которых четверо являлись парами близнецов – две девочки,  и два мальчика. В этом и не только Круглячок представлял огромную опасность для женщин, которых надо сказать он очень любил, но больше всё же был озабочен демографической ситуаций в стране и потому жён у него было пять, а детей, вот, сколько бог послал, но позже, и взял, одну девочку, из той пары близняшек, что звала его ласково Мудя. О чём Мудон Козлов потом раззвонил на весь мир, так был опечален потерей дочери.

Да, он своих детей не просто любил, он их просто обожал, он для них даже сказочку сочинил, про двух бомжиков, что поселились на вокзале около его дома, дав им тоже весьма своеобразные имена, «Бомжики М и А» … Почему своеобразные? Потому что попал как-то неожиданно любящий отец прямо в яблочко, он сам и был носителем этих инициалов М и А, если учитывать его корни.

Правда, новоявленный писатель-сказочник вроде,  бомжом не был, а по каким-то причинам его даже называли сукой, да и корни его завязли на земле тульской, откуда он был родом и откуда, из города самоваров и оружейников прибыл позже покорять столичные российские просторы. Это ему его тётка родная присоветовала, как он сам позже рассказывал, лёжа на белоснежных простынях с очередной любовницей в номере отеля, в тот период, когда находился  между двух огней, с одной женой ещё не распрощался, матерью тех девочек, а следующую и будущую, которая позже преподнесёт ему ценный дорогостоящий подарок, родив двух мальчиков сразу, услал в отпуск на Кавказ...

 — Понимаешь, Катенька, — вещал Великий Мудон, глядя сквозь прозрачные стёкла очков, он их во время любовных утех никогда не снимал, странно, что его замечательный свитер в тот момент отдельно от хозяина лежал на стуле, на обнажённое тело очередной своей пассии…. — Я, когда был ещё очень молод, мне моя тётушка сказала, что жениться можно, сколько угодно, но все невесты сосредоточились в столичном граде, здесь у тебя ничего, племянничек, не выйдет…

И окончательно осознав всю мудрость сказанного старой тётушкой, потом чётко усвоив, что перспектив в родной Тульской области у него действительно нет, Мудон Козлов, отдав честь ещё в надетой после армии солдатской пилотке, рванул, куда подальше, выполнять заветы тётки… Но, по всему видно, будучи натурой увлечённой абсолютно, во всём, так увлёкся, что до сих пор, несмотря на зрелый возраст, что однажды настиг его уже полысевшую  голову круглой цифрой пятьдесят, всё никак не мог остановиться и  катился на своих коротеньких ножках вперёд в натянутом на закономерно  пополневшее пузо свитере с оленями, и только вперёд, под девизом: «Ни шагу назад…»

***
А назад действительно ему пути не было. К тому, означенному возрасту, что Мудон отметил рождением ещё двух близнецов, уже не кто-то и не некоторые, а почти все знали его как суку.

Разумеется, для своих детей, ни жён, конечно же, он так и оставался папой Мудиком, но как-то, даже со стороны вся его отцовская любовь выглядела сомнительно-односторонней… Но это можно было пояснить тем количеством детских душ и лиц, которые он вынужден был любить.

На всех бесконечной широты его чувств всё равно не хватало, как и времени на заботу о них, чего удивляться, что девочки-близняшки, Оля и Соня к двенадцати годам выглядели какими-то болезненными с виду, личики их были землисто-желтушного цвета, они почти никогда не улыбались и всё время ждали папу в гости…

Часто оставаясь одни дома, они общались друг с дружкой, будучи очень замкнутыми, и потому особых подруг и друзей у них не было, мать их днями напролёт работала, чтобы прокормить девочек, которые грустно мечтали не о конфетах и печенье, а о более насущных продуктах, что даже не видели в своём холодильнике…

Как-то одна из близнецов приболела, ей было скучно без второй своей половины, и девочка развлекалась тем, что в домофон вялым шёпотом наговаривала своей сестричке, давая той их общие обещания:

 — Я болею… у меня болит живот… и у меня упадок сил… и сегодня я никуда не пойду… но скоро, может быть…  придёт папа, он принесёт колбаску докторскую и…, наверное, конфетки…

Но папа так и не пришёл в тот день, у него как всегда на повестке его жизни были более важные дела, чем посещение своих брошенных детей, тем более, что самое основное-то он, уже выполнил, не только женился в какой раз, но и процент демографии успешно повысил, так что, остальные заботы его вообще не касались более…
 «Ни шагу назад…» он это помнил и никогда не возвращался в разорённое гнездо, оставленное позади в прошлом, отвозя только, этих детей в музыкальную школу, когда по договорённости с их матерью, выпадали его отцовские дни. Но даже в те минуты, что девочки радовались редкой  встрече с папой Мудей, он как-то мало обращал на них внимания… Пока отец вёл разговоры с коллегой по работе на свои актуальные для него темы, Соня и Оля словно волчата, жались к его коротким ногам с пухлыми ляжками и мягкому животу, глядя исподлобья на собеседника отца, помешавшего их свиданию с любимым человеком, которого они видели крайне редко. А потом Сони не стало, и она и вовсе больше не встречала своего  Мудю, тяжело переболев и оставив в одиночестве свою сестрёнку, которая обещала ей докторскую колбасу и может быть, конфетки…

А Мудон, громко позвенев своей печалью, понёсся дальше, у него были другие великие задачи, не только устроить демографический взрыв в этой стране…

***
После того, как Мудон Козлов прибыл из своей Тульской области в столицу, он окончил пару высших заведений, и тут же стал специалистом не только в исторических реалиях, но и, что было самым главным в его биографии, спецом по политическому пиару, занимаясь тем, что  продвигал своих региональных кандидатов на более высокие должностные правительственные  места, правда, за немалую мзду, а на самом деле просто разводил Мудон лохов на деньги… Разумеется, не забывая выполнять заветы тётки, а при таком раскладе, занятий политпиаром, одна задача, нарожать побольше детей, компенсировалась второй, ибо денег требовалось всё же  много на содержание потомства отца, стремящегося к героической славе материнства…

А кем же ещё был Мудон Первый…? Ну, он побывал редактором в нескольких политических издательствах, поработал обозревателем отдела «Искусство» в какой-то газетёнке, ещё он руководил в одном банке пресс-службой, был главой центра общественных связей, ещё замом начальника управления информационного обеспечения, по старой дружбе организовал информационную поддержку тому банку, в котором возглавлял пресс-службу, при проведении различных конкурсов и во время банковских «информационных войн». Потом, был ещё Мудон Первый начальником управления общественных связей другого банка, побывав пресс-секретарём у именитого лица, возглавил малоизвестное информагентство и вообще, участвовал в создании множества информационных интернет-проектов, а следом, большинство из них этот удачливый господин по фамилии Козлов продал, заработав на этих продажах нехилые денежки.

Но, как хорошо известно, ему же было, куда их тратить, дети росли не по дням, а по часам, жёны тоже сменяли одна другую, как и сам любящий муж и отец менял свой род занятий, не отходя достаточно далеко от основного, всё так же одеваясь в тот вязаный старый зелёный свитер, который всё с большим трудом натягивал на свой не распухший живот, а на пояс, что напоминал спасательный жилет, нарисовавшийся вокруг его талии…

Вот, он уже и заделался в политтехнологи, желая теперь на этом поприще подзаработать. Сколотил для верности себе и под себя коллективчик из двух добрых молодцев, встав во главе него в качестве атамана… Назвал его — «Мои люди». А эти «люди», что надёжно опирались на очередное мудоновское информационное агентство, работали по одной и той же, на удивление, простой схеме.

План их совместных, согласованных действий был очень лёгок… Удалые молодцы не из музыкального или танцевального коллектива, действовали по обычаю, без промаха, создавая то тут, то там, политические конфликты, что выливались следом в довольно ощутимые прибыли для них самих и их атамана Мудона, руководствуясь при этом весьма оригинальным лозунгом: «Кто принесёт больше? У вас ещё дома остались деньги? Так несите же скорей! Все окупится!»

Дело спорилось в их богатырских руках, они лукаво поигрывали шариками накаченных мышц, инициативы и планы по выбиванию денег множились быстрее, чем плодились блохи на бездомных собаках…

Как-то раз, один из выскакивающих из «общего ларца», русский молодец по имени Алёша и почти Попович, подвязался на ниве «Межпарламентской ассамблеи непризнанных» … Это была лично им выдуманная конструкция, правда, оказавшаяся довольно странной и бесполезной, но предназначавшаяся, конечно же, как всегда для раскрутки, в той ситуации, «обновленцев». Выступал Попович по обычаю, за демократию и права народов, хоть и это было не ново и затёрто, но всё же действовало безотказно…

Итак: В его рукаве – козловский информационный портал. Из достижений – обеспечение  «рукопожатия» САМОГО …

Итог: В  руке — чемодан и даже ни один, с огромными суммами, полученными за эти обеспеченные, знаковые рукопожатия…

Вот и всё… Вся гениальность совокуплялась с простотой, наивностью и доверчивостью, оставалось додавить вопрос «только вот кого…?» Тем не менее, результатом были ловко подхваченные тяжёлые чемоданы, наполненные наличностью, а следом необходимо было, как можно быстрее испариться с поля зрения, только что боевых действий, пока не схватили за шиворот, будто их тут ни то, что не было, а даже и не намечалось...

Но всё же, всё это  больше напоминало лохотронные компьютерные «скачки» или «тараканьи бега», в ходе которых под обещание быстрого несметного богатства мошенники вынимают у лоха всю его жалкую наличность.

 А так оно и было…

И каждый раз, напевая при этом один и тот же куплет из детской песенки: «Покуда живы жадины вокруг, удачи мы не выпустим из рук!» эта гоп-кампания, хватая  богатеньких, простодушных Буратино крепко за руку, обещая попутно другое рукопожатие за огромный куш, который потом плавно перекочёвывал в их карманы, после того, как эти разбойники поясняли, куда там нужно нести эти чемоданы с наличностью, а на самом деле просто вешали бедолаг традиционно на крюк, грамотно сажая «под колпак», чтобы потом, конечно же, их как следует выдоить.

Короче, за долгие годы своей такой рабочей труженической деятельности, Мудон научился, многому… Но основное, в чём он безусловно преуспел больше всего и  тут надо отдать ему должное, политтехнолог очень умело, работал с лохами… Понятное дело, что никаких «признаний» и «траншей» при этом своим клиентам он не обещал, максимум, что те получали, это — еще одно «крепкое рукопожатие».

Но, тем не менее, обладая лисьим нюхом, походя при этом внешне на суслика или сурка, с бегающими глазками и дёргающимся кончиком носа, когда тот чуял жертву, или умирал от любопытства, такой грешок за ним тоже водился, сумел Козлов прогреметь на весь свет, как рукопожатный человек, не являясь таковым на самом деле, да и история, когда его больно и долго били по рёбрам ногами, свидетельствует всё же, совсем о другом…

«Отдай мои  деньги, сука жидовская..!»

То, что Мудон Козлов был наделён редким таланом удивительного сволочизма, стало давно для всех понятным и неоспоримым, потому-то его и приглашали к себе, если намечались какие-нибудь гаденкие делишки, зная хорошо его натуру, и то, как он умел ловко прикрываться лозунгами патриотизма, хотя страдал при этом жуткой нелогичностью в своих многочисленных измышлениях, которыми щедро делился во время своих публичных выступлений…

продолжение по ссылке:

https://www.proza.ru/2018/01/10/993


© Copyright: Марина Леванте, 2018
Свидетельство о публикации №218011000993

https://www.proza.ru/2018/01/10/993

Subscribe

  • Мир злой, но злых в нём ещё больше...

    Мир злой, но злых в нём ещё больше, Даже не тех, кто сотворил всё мировое зло, А так, когда по мелочи он всё так злится, Что…

  • Хамство по - русски

    «Ставьте общепринятые догмы под сомнение, ведь их тоже кто-то придумал. И помните, это ваше право – думать» *** Во…

  • Разбудили сон, спугнули...

    Ночь летела не заметно, При отсутствии всё ж сна, Будто месяц стал луною, Незаметно для себя. Там деревья под луною, Тоже…

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments