m_levante

Детская психология в чужой голове


       Он лежал на кровати, абсолютно неподвижно, его руки и ноги напоминали длинные плети, лежащие вдоль туловища и вытянувшиеся  на  белого цвета, символизирующей смерть, простыне,   которыми  он не мог даже пошевелить, работали только глаза, которыми он, как Бармалей или Карабас Барабас  в устрашении вращал туда и обратно, следя за происходящим в комнате и вокруг себя. Говорить он тоже  не мог,  губы даже не подергивались в морщинках-складках, он был полностью  парализован.

      Не было у него только паралича мозга  —  он думал, говорил сам с собою, задавал вопросы,  но  его никто не слышал, и потому не давал  ответы, он был  сам в себе и сам с собою, взрослый, чувствующий себя беспомощным ребенком. И помнил, как однажды написал ей,    не обратившись  к ней по имени, зная, как её зовут, а только  упомянув  ее ник из соцсети:

   —    “Has added you as a friend”,  это типа алаверди?

    —      Да, нет.   — Последовал  ответ.

   И следом всё же пояснение:

     —  Вы же  у меня в друзьях,  считаете  меня своим  другом... захотела сделать вас взаимным другом…  прихоть у меня такая возникла чудоковатая.

      —     М-да.    Загадки детской психологии.
 

 Пожевал   губами он, потому что другого ничего  не придумал.
 

       С этого тогда всё и началось,  правда, сейчас он и губами то пожевать не мог, не то, чтобы, что-то ими сказать.  Хотя, нет, всё произошло  гораздо  раньше, когда он, столкнувшись  как-то с   ней в одной  соцсети, в другой  назвал ее дурой или дураком, даже не зная какой она половой принадлежности, не то что будучи знакомым  с ней лично,  но дураком или дурой  назвать  не забыл.
 

    Да,   они и в  самом деле  не были знакомы, и в общем-то  о каких претензиях  друг другу,   могла идти речь,  о какой детской или не детской психологии можно было говорить, как и с дураками действительно, зачем  общаться?  Но ему почему-то хотелось, хотелось общаться  с ней,  с дурой или  с  дураком.
 

        При этом  его манера общения   была отвратительна, возможно, она допускала  даже такое, что  он со всеми  так себя ведёт, этого она  знать не могла,  знала только, что хам, что,  называя себя взрослым, по- детски,  в школьной манере ученика   младших классов, дергал за косички девочек, мог бы,  дал бы им, этим девочкам учебником по голове, чтобы привлечь  к себе внимание, но он был взрослым, с не детской психологией, а детскую да, понять трудно, особенно, когда сам уже давно вырос, а до того еще не подрос.
 

      И  он, будучи  взрослым, ещё  и называвшим себя технарем, чтобы это значило,   ещё   хороший вопрос, на который вовсе и  не требовался ответ, потому что какая разница, почему чужой незнакомый тебе  человек совершает неадекватные поступки, ты его не знаешь, и по-хорошему тебе плевать на него и на его поступки, и  даже если они  и хорошие, то тоже плевать,  потому что в следующий момент все может резко измениться, и из хорошего он станет плохим,  из названного  другом   врагом.

        Это то, что неведомо, и потому неизвестно, и потому этот технарь не придумал ничего умнее, как в качестве ника  в соцсети, взять первые две первые  буквы своего имени,  а следом нарисовать свою дату рождения, означающую по китайскому календарю быка, а по европейскому весы, чему, кстати, как  одному, так и   второму он  очень даже соответствовал, всё  колеблясь сначала, между  дура она или дурак, потом, находясь в думах на предмет,  присылать  или не присылать запрос на добавление в друзья, каждый раз включая при этом дурачка и оправдываясь  своим возрастом, тем, что указан   был  в названии ника, не малым возрастом,  скажем так, попутно дергая  за косички ту, которая была дурой или дураком, когда  очень хотелось  дать ей всё же  книгой или портфелем по голове,  но не выходило, не знал, что он ей до одного места, как и все остальные, кто населял  соцсети.

        Это не было   реальной жизнью, хотя многие воспринимали его,  это виртуальное пространство именно так, как реальную действительность, единственно   что  осознавая, так это  свою недосягаемость,  и потому  часто распоясывались  до нельзя, как и этот технарь, который считал, что может хамить, бить  книгой или портфелем по голове, понимая, что физически  сдачи в реальности не получит, но вот, то, что ему могут пресечь все эти  возможности, сделав из него виртуального  паралитика, даже  не догадывался.
 

        И потому, однажды, когда он  обнаглел настолько,  что внедрился к ней в личное пространство, туда, куда она его не приглашала, для того,   чтобы снова подергать за косички и  с тем самым вопросом  “Has added you as a friend,  это типа алаверди?“  она, сказав ему  только,   что   если имеет желание хамить, то пусть  поищет себе другой объект для своих хамских утех,  а она  за всю свою жизнь так наелась хамства, что её  уже тошнит от таких как он, и на этих словах   заблокировала оба его аккаунта  в той соцсети, где он желал подергать её  за косички, присылая  два раза подряд  запрос  с разных своих профилей  на добавление в друзья и каждый  раз включая дурачка, так и оставив его вопрос, по сути без ответа.
 

       Самому же, этому технарю,  в голову даже   не могло прийти,  что то её благородное, после его хамства, добавление его в друзья,   было  или могло  быть  простой  случайностью,  когда просто случайно нажала на кнопку, он же был технарь, и такие вещи, как банальное нажатие не той клавиши, плохо работающая клавиатура после попадания на неё  воды и куча других  мелких технических  неурядиц,   не посещали его светлую, отягощённую техническим прогрессом голову, всего того,  из- за чего  она   и  прислала  ему запрос. Что называется, так вышло!
 

          Но теперь, видя, как он регулярно заходит к ней в  аккаунт, увидев его снова, она вспомнила, что заблокировала его со всех сторон, лишив возможности что-либо делать, говорить,  писать  в её  адрес, сделав из него того паралитика, лежащего в обездвиженном состоянии на кровати,  вспомнила  и снова добавила его в друзья, зная, что он парализован,  и будет продолжать лежать и вращать глазами,  пытаясь  смотреть  по сторонам,  следя за происходящим с желанием, но без возможности,  что-то сказать,  спросить,  сделать.
 

       И так оно и было, он после снова  очередного полученного  “Она has added you as a friend”, аж два раза в тот   день заходил к ней в гости, но и  на этом и всё,  дальше уже он был   —   не тот школьник, который  мог бы  подергать за косички, если только он же, но  без возможности  спустить штаны, и потому  обмочившийся прямо в них, не тот  взрослый, у  которого настолько  взрослая психология,  что он  может только  совсем не по- взрослому другому взрослому сказать,  что он дура или дурак, нет, теперь он не был ни тем и  ни этим, хотя какая разница кем он   вообще,  был, тем не менее,  теперь он  был взрослым паралитиком, который имел  возможность только промычать что-то невнятное себе под нос, по типу бе- ме, и то не был бы услышан никем,  и ею,  в первую очередь, он мог теперь сколь  угодно долго наблюдать со стороны за ее действиями, но при этом,  изображая  карабаса барабаса с бармалеем вместе взятыми,    при этом  оставаться парализованным в своих действиях и поступках.
 

     Всё  это было как в настоящей реальной  жизни, а не как в виртуальном пространстве, где можно было позволить себе все —   и подергать  за косички,  и нахамить,   и оскорбить, и думать при этом,  что недосягаем, что не получишь сдачи, никто не ударит в ответ учебником по голове, не сделает больно,   но без возможности представить  себя в роли паралитика, только с возможностью думать, о том, что она дура или дурак или оба вместе, не понимать, зачем опять has added you as a friend, при этом   вращать глазами, как заправский паралитик и на этом всё,  все его возможности, как нормального здорового человека были ограничены.
 

    А она,   даже не пытаясь вникнуть в его безнравственность, лежащую для неё  на поверхности, думая о том, что возможно, он  тысячу раз  является порядочным  человеком, хотя зачем порядочному  человеку  называть  её, не будучи с ней лично знакомым,  дурой иди дураком и  просто так, ну, да, ладно, то наверное, издержки его  взрослой психологии, тем не менее, то, что она видела, то было для неё  негативом, от которого она всегда по мере возможности уходила, как и сейчас,  заблокировав оба его аккаунта в одной соцсети  и убрав из друзей  в другой, поступила как всегда, ушла от лишнего негатива.
 

     Но вот, его навязчивое внимание к её  особе, заставило её сделать  из него паралитика   одним нажатием клавиши на своем лэптопе.  И  он вновь получил сообщение “Она has added you as a friend”.
 

     Зачем она это сделала, объяснений  в  присланном уведомлении не было,  просто пришло уведомление, и на этом всё, и его дублированные заходы к ней,   как и прежде, но уже без вопроса  “Что это было? ”,  “Не детская ли, не понятная ему  психология?”,   тоже ничего не давали, его повторяющиеся навязчивые заходы ничего не давали,  он мог сломать свои парализованные мозги, но понимание того, для чего она это сделала, всё  равно не пришло бы.   Ему недоступно было самое простое, что  просто так сделала, зная, что больше  не побеспокоит своими  глупыми вопросами, но не по детски помучается, став паралитиком.
 

      Это  и  была детская психология в чужой  голове, ставшая  взрослой  шуткой,  а не, когда случайно нажала не на ту клавишу, не включая даже   дуру или дурака, а ему пришло:   “Она has added you as a friend”

19/04/2021 г
Марина Леванте

© Copyright: Марина Леванте, 2021
Свидетельство о публикации №221041901103 

Error

Comments allowed for friends only

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded