m_levante

Горе- рыбаки и ого-го рыбки


        Михаил был, как и многие его приятели,   заядлым рыболовом.  Ещё с детства с самодельной удочкой  ходил  на реку, что  протекала рядом с домом, и видна была аккурат из окна его комнаты.

      Дальше больше, вырос, что значит стал взрослым, обзавёлся всем требуемым для профессионального рыболова оснащением и не упускал ни одного шанса, чтобы порыбачить, будто это, рыбалка, была делом всей его жизни. Впрочем, так оно и было, и он готов был отдать жизнь, лучшие её мгновения за то,  чтобы не просто посидеть с удочкой на берегу  озера или у  реки, уехав от дома за тысячи,  десятки,  сотни  тысяч километров,  а и постоять на одной ноге на коряге посреди толпищи  комаров, без возможности отгонять их, ибо тогда была возможность оказаться в непосредственной близости   от своих  любимых рыб  на дне заросшего травой водоёма, а так можно было тащить оттуда   каждые пять минут по карасю размером в собственный мизинец и балдеть от этого неимоверно, почти впадая в доисторический экстаз, будто при убийстве мамонта.

          С годами на такие мероприятия  он стал брать и свою жену с ребенком, как группу поддержки,  с тем, чтобы и они могли покормить своими телами комаров, побыть для них бесплатными донорами,  и повизжать от восторга при виде вытащенного  им очередного чешуйчатого  шибздика под названием, ого-го  рыба.

       Михаил много прошёл за свой  жизненный путь всего-чего   под названием рыбалка, и даже секс в резиновой лодке, но без рыбы, посреди озера,  с собственной женой — верной соратницей  по тому, как поучаствовать в извращенных  видах  рыбалки, в которые те коряги с комарами входили тоже,     но вот зимней в его жизни не было.   А тут тесть его,  тоже заядлый рыболов, и как можно догадаться тоже с детства, возьми и пригласи Михаила с ним на закрытое озеро, сказав заранее,  какие там красноперки, смачно чмокнув при этом  губами, будто  он и был той красноперкой,  размером  в сковороду, ту, на которой его жена, жена Михаила,  его любимые  блины жарила.   И что делать для их поимки особо ничего  не надо. Только установить удочки с  лесочками  в проруби и всё, а потом приехать и только  снять,  что называется готовый урожай.

          Дело  было под новый год,  в принципе это вообще,  была новогодняя ночь, 31-го декабря, а Михаил   не мог ещё  и такого шанса упустить, он же весь растекся слюной уже  во время  рассказа  тестя,   и потому начал готовиться к предстоящему мероприятию  заранее,  на сей раз без жены и детей, там же ждали красноперки, а не те караси-шибздики и лавровый  венок славы он успеет ещё  на шею  надеть, когда вернётся с невиданным  урожаем, обещанным тестем,  обратно домой, который клятвенно обещал, что всё будет.
 

    План был такой.

   Они едут. Приезжают на закрытое, читай, запретное для простых граждан, там же красноперки размером в сковороду,  озеро. Ставят в подготовленные заранее, это же новогодняя ночь,  лунки, все свои снасти.  Уезжают.  Через два часа снова  едут. Приезжают. Туда же. Снимают урожай. Тех самых красноперок в размер со сковороду. Уезжают.
 

  Всё по быстрому, без шума и пыли, это же новогодняя ночь. Потому садятся за праздничный стол и едят, снова истекая слюной уже от получаемого удовольствия, а не заранее,  красноперок, не умещающихся на этом столе.

     Всё казалось бы предельно ясно и понятно, с одним лишь  небольшим нюансом. Туда поехали  все вместе, тесть с зятем. Снасти в лунки  ставили тоже вместе. Обратно опять ехали вместе, зять с тестем.  За уловом зять поехал один.

    И вот тут-то и началась новогодняя ночь и  совсем не волшебная, а самая какая ни на и есть настоящая  с кучей подарков в лице рыбинспекции.

       Пока жена с  детьми вели приготовления к появлению  мужа и отца, обещавшегося вернуться с мешком, в котором в качестве подарка должны были находиться  те красноперки в размер сковородки,  готовили венок победителя,   накрывали на стол и прочее, муж и отец героически  выносил все тяготы наступившей зимы и подлёдной зимней  рыбалки,  стоически лежа  в камышах, куда успел нырнуть, заметив издалека горящие  желтым светом  фары  машины рыбинспекции.

      Пока те проводили съем урожая, принадлежащего Михаилу и его соратникам по несчастной рыбной ловле, инспектора тоже были люди и у них тоже были семьи, и новый год и новогодний стол  к ним тоже имел непосредственное отношение,  пока они же производили аресты тех, кто незаконно проник на запретное озеро,    а   тесть, с которым законно проник горе-рыболов на этот  закрытый  для простых граждан  водоём,  в тот момент в теплых мягких  тапочках сидел у разожженного камина и видел десятый сон, накачавшись шампанским, успев удачно  и  как полагается встретить наступивший новый год в старом столетии, и потому доказывать всю законность лова красноперок было некому. И  по сей причине Михаил продолжал лежать в  камышах и  на снегу. А  дома его жена и дети не знали,  что и думать, а мобильных телефонов тогда ещё не было, это было прошлое столетие, и позвонить из камышей, набрав номер телефона на  этом ставшем в  раз  ненавистном  растении  не было никакой возможности.   И   потому Михаил встретил новый  год в камышах и на снегу,  от воспаления легких его  спас дутый костюм, подаренный ему  другом- спортсменом, который  не был рыбаком, он был только  спортсменом, преуспевающем   в   лыжном виде  спорта, и наверное, поэтому не мог поддержать друга, лежа плечом к плечу   рядом с ним на замерзшем закрытом  озере.

         Короче, дети и жена остались  в тот год без обещанных подарков, ведь  в тот самый мешок ничего не удалось положить, их  красноперок ели жены и дети рыбинспекторов, венок победителя незаметно  висел в углу комнаты  на ржавом гвозде,  на новогоднем столе не бились в тарелках очищенные и пожаренные на той сковороде  обещанные рыбины  размером в эту же  сковороду, на которой жена Михаила жарила ему его любимые блины,  тесть узнал о себе всё  самое хорошее, сам Михаил, спасибо  другу хоть за такую поддержку в виде подаренного  спортивного костюма, отделался только насморком и в общем-то небольшим  мандражом, когда лежал  там,  в кустах и находился под угрозой быть замеченным и загребенным рыбинспекцией,  потому  и  зубы у него больше стучали тогда не от  холода, а всё  же от страха.

    Тем не менее, та история   закончилась удачно, хоть и не совсем и не для всех, больше не повезло соратникам Михаила,  которых - таки загребли, но, несмотря на случившуюся экстремальную встречу   нового года, не за столом,  а в камышах и на снегу,  в наступившем году Михаил снова отправился на то озеро, тем более,  что теперь слюна у него текла от рассказов тестя про во-ооот таких щук и прочих таких же во-оооот  таких  рыбок, которые уже не помещались даже в той сковороде  с любимыми блинами Михаила.

28.12.2020 г
Марина Леванте

© Copyright: Марина Леванте, 2020
Свидетельство о публикации №220122800676 

Error

Comments allowed for friends only

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded