m_levante

Жутковатый альянс



      Долго и  муторно смотрел   на свои давно отсутствующие ноги,  не спрашивал себя  “за что?”,   знал, что так иногда бывает, когда становишься случайной  жертвой  чужого недоразумения, а правильнее выражаясь, чужого равнодушия от полного непонимания происходящего, замешанного на чьей- то глупости или отсутствии ума.

       Но вот вопрос "почему" все же маячил в его голове, почему столько равнодушия в этом мире людей, которые вот и сейчас шли мимо, а он сидел в инвалидной коляске, чисто выбритый, причесанный,  аккуратно одетый, но только вот без ног, и вид его сильно удручающий  на фоне презентабельной внешности ни у кого не вызывал удивления и вопросов  “А что он,  хорошо одетый,  безногий гражданин тут делает, среди грязи и кучи мусора, валяющегося рядом с мусорными контейнерами?”  Нет, они всё  так же с абсолютно равнодушным видом и такими же бездушными,  ничего не выражающими лицами, шли дальше мимо этого человека,  с угрюмым видом разглядывающим неприглядные  окрестности  и свои давно отсутствующие ноги.

       Тогда тоже, не останавливаясь шли мимо поезда, а он, истекая кровью и уже обезноженный,   лежал в огромной луже собственной крови, которая казалось,  вот- вот перестанет вытекать  из него, так много её было вокруг.

       Равномерный,  бездушный стук железных колес и такие же лица людей, что  проезжали мимо, находясь за стеклами в окнах не только одного  поезда,  это он помнил, но  как во сне, как в страшном сне, наполненном кошмарами и не из детства, уж слишком они жесткими  казались   ему.    Как и стук колёс не единожды ещё  раздавался у него в ушах, уже позже, гораздо позже, после  случившейся  с ним трагедии, где он стал случайной жертвой чьего- то недоумия и глупости, замешанной на равнодушии, или наоборот,  чьего-то  равнодушия,   порожденного глупостью, во всяком случае эти два качества всегда шли рука об руку,  рядом друг с другом, создавая такой жутковатый альянс, когда глупость и  порождала равнодушие от непонимания происходящего,  а равнодушие и чёрствость   делали   из человека абсолютно тупого,   ориентирующегося только в собственной жизни и разбирающегося иногда в собственной профессии, когда на этом его умственные навыки,  как человека,  и заканчивались,  и перед тобой возникало животное низшего звена развития без малейшего намёка на состоявшуюся эволюцию, которое из кого угодно могло сотворить жертву своей глупости и равнодушия и знать при этом, что не несёт никакой ответственности за совершённое преступление, ибо ещё  и плевал  на всё   и вся,  кроме самого себя, выучив простое, ежели сам себя не полюбишь, сам о себе не позаботишься,  никто...   Никто этого не сделает,  и потому любил,  и потому и заботился,  не заботясь о других, они   же так же...   они же такие же... он это выучил. И  таких тьма тьмущая в этом мире, тех, кто от отсутствия ума, а значит и понимания происходящего спокойно оставит тебя без ног, поспешив закрыть двери поезда, сидя во главе его, не глядя ни   на перрон, ни  на то, что человек не успел зайти в вагон,  а ты тронешься в путь со своим железнодорожным составом и даже не увидишь, что оставил за собой море человеческой крови, которая даже уже засохла на  тех путях, как давно высохли слезы горя и отчаяния на лице того человека, что давно остался  без ног.

        Он не мог тогда,  как и не мог сейчас,  и не сможет потом,  встать,  подойти к идиоту и хотя бы сказать ему, что он о нём и ему подобных думает, он, этот  бездушный глупец,  даже этой возможности, подойти и сказать,   лишил ставшего по его вине инвалидом мужчину, одетого почти с иголочки, но без  возможности вести достойный образ жизни и потому находящегося сейчас  среди этой кучи мусора,  разбросанного вдоль мусорных контейнеров, где бродячие кошки и собаки,  рыщущие вокруг в поисках еды,  как и он сам,  казались ему более понятливыми, они тоже были голодны, как  он,  чем люди, с опущенными глазами спешащие пройти мимо, уйти как можно скорее  подальше от чьей -то беды, которую просто давно не замечали, они привыкли к тому, что надо самим себя любить и уважать,  иначе...  Иначе... Ты станешь, как тот  безногий инвалид, который   помог   когда-то  женщине с ребенком зайти в поезд, а сам остался  на перроне,  но уже калекой, и потому они предпочитали не видеть и не слышать, а просто идти дальше, кто,   став равнодушным от уже имеющейся и врожденной глупости, от непонимания происходящего, а кто,   став полностью тупым из  равнодушия, которым обладал, какая разница кто и как, если  всё равно  два эти качества сживались вместе в  одном, как лучшие друзья или даже становясь сиамскими  близнецами, которых никогда уже не отделить друг от друга —   то самое отсутствие ума и присутствие полного  бездушия.

12.12.2020 г
Марина Леванте

© Copyright: Марина Леванте, 2020
Свидетельство о публикации №220121200666

Error

Comments allowed for friends only

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded