m_levante

Гибрид Русалочки и Водяного


 
 

       В глубине огромного леса, почти в самом его центре находилось  небольшое озерце, больше походившее на  болото с густой зелёной тиной,  но украшенной     жёлтыми кувшинками и белыми лилиями, которые плавали  по краям этого то ли озера, то ли болотца,  почти утыкаясь   листьями в  его песчаные берега.
 

       И через всю   его буро -серую водную поверхность пролегали  разного рода коряги, выглядевшие такими незамысловатыми фигурками,  напоминающими лесных зверушек —    зайчиков, волков, лисичек, мишек...
 

        На одной из этих коряг периодически сиживало странное существо.  Оно не напоминало водяную кикимору, а больше походило всё  же на  русалку, потому что  конец  длинного   гибкого   тела   этого существа     венчал чешуйчатый рыбий хвост, которым она, эта  всё же русалка   периодически шевелила,  перекладывая его из стороны в сторону,   а  своими нежными женскими ручками она то и дело   трогала  своё   лицо.     И  вот тут - то и случалась загвоздка.    Лицо русалки не было вовсе  русалочьим, это была  голова  с лицом   водяного, по круглым щекам  которого стекали крупные прозрачные   слезы, затекавшие   на  его    толстые  пухлые губы,  а русалка,   все так же сидя на той коряге в  центре озера,   размазывала своими женским ручками эти   огромные   мокрые капли по лицу водяного и продолжала горько плакать.
 

       Она не понимала, кто же она такая на самом деле и от того плакала,   находясь в расстроенных чувствах.
 

         —  Вроде русалка, вот  ведь и длинный рыбий хвост,  покрытый,   как положено,    блестящей чешуей.  —   Она, посмотрев вниз на него, что  б  убедиться,   что всё  так и есть, провела рукой по чешуйчатым бёдрам  и снова,  ещё горче   прежнего  заплакала, её  маленькие изящные ручки  коснулись женской груди с коричневыми сосочками, а потом снова уткнулись  в почти рябое грубое лицо водяного,  отчего русалка уже громко в голос  зарыдала.   Как такое могло быть!!!
 

    Лягушки, сидящие на соседних корягах при звуках её  плача тут же  встрепенувшись,  в унисон громко заквакали,   а прилетевшие из-за леса  птицы, тоже услышавшие плач русалки,  громко от возмущения захлопали  крыльями,  им не понятно было горе этого существа, сидящего посреди  лесного водоема и размазывающего бесконечную мокроту по своему пухлому  лицу,  отчего щёки  его  становились совсем рыхлыми, набухшими  от  сырости, будто тонкая ветка-коряга, которая превратилась в пень и тоже  от этого громко зарыдала ещё  пуще прежнего.
 

       В общем,  так и проходили день за днем, не понимающая русалка  всё  так же периодически вылезала на поверхность болота озерца, чтобы  посидеть на коряге и в удивлении поплакать и потрогать себя, ибо ничего  не менялось, русалочий хвост оставался русалочьим рыбьим хвостом,  женские ручки всё  так же скользили по её  гибкому стройному телу и всё   так же утыкались в безобразную голову водяного, потом его пухлые  вывороченные губы ещё   больше выворачивались,  почти наизнанку, будто  меха гармони,  и следом  раздавался резкий звук, напоминающий треск  ломающегося дерева или  крик какой - то  птицы.   Это снова плакала  русалка, плач которой переходил в рыдания и звук которого разносился  далеко за пределы леса.
 

    Но однажды всё же что-то случилось, изменившее слегка ход событий,   на поверхности озера прямо рядом с сидящей русалкой и той корягой, на  которой она сидела, зацепившись за неё  своим  длинным  рыбьим хвостом,  появилась черепаха, вынырнув из водных глубин. Она вытащила из воды свою  морщинистую мордочку с маленькими   карими глазами-бусинками, больше  походя сейчас на крысу, а не на черепаху,   и  с грозным видом  уставилась на плачущее существо  непонятного вида.
 

      Её  птичий рот,  напоминающий  орлиный  клюв,  этого  водоплавающего с лапками,   покрытыми точь в точь такой же чешуей, как   и  русалочий хвост   рыдающего существа,   приоткрылся даже  от  возмущения, когда она узнала истинную причину этих горьких  слез, всё    так же, уже не ручьями, а  водопадами стекающими по непонятному лицу  русалки.
 

            —    О, боже!  —    Воскликнула черепаха и даже в изумлении  всплеснула своими чешуйчатыми короткими с лапками с такими же короткими  когтями.  —     Ну, вот чего так расстраиваться, устраивая мировую  болотную трагедию?
 

        —    Вот скажи мне, Русалка,  —  обратилась черепаха к плачущему  существу по имени её  матери,  —    кто был твой отец и кто была твоя  мать? Что у тебя записано в твоих метриках о рождении?
 

         —   Вот именно!  —   Подтвердила она свои слова, глядя прямо в  округлившиеся от удивления  глаза водяного. —    Что отцом твоим был  Водяной, он мужчина, а матерью была Русалка, радуйся, что не Кикимора, а  то совсем было бы худо, и она была  женщиной, а дети рождаются от  любовного  союза женщины и мужчины и не всегда похожи на кого- то одного  из своих родителей.
 

      —    Вот и тебе,  —  продолжила она, —   что-то досталось от  твоего отца, в частности его голова, а что-то  —  от матери,  то тело,  которое ты зачем-то постоянно трогаешь, чтобы убедиться, что ты   русалка, когда твоя голова с  лицом всегда будет головой и лицом  твоего  отца   водяного, сколько ты не смотри на свой русалочий хвост и женские  груди, ты похожа лицом на своего папаню!  Надо признаться весьма   уродливого представителя своего рода водяных, ну, что поделать, не с  лица же  воду пить, зато как он любил твою мать-  Русалку!   Вон, так  сильно, что даже ты родилась на этот свет в память их обоюдных чувств.
 

     Поняла, дурочка ты такая?  Дети всегда похожи на своих родителей и не всегда на кого-то одного.
 

      Круглыми глазами своего уродливого папани  русалка смотрела на  черепаху и потихоньку начинала въезжать в смысл слов сказанных ею про  то,  кем же она является на самом деле.
 

        Так просто на самом деле открывался этот ларчик с тайной,  которая не давала покоя бедной русалке,  с тайной её  рождения, лежащей  на поверхности того озерца- болотца, оказывается русалка была плодом  любви такой же,  как она,  русалки и водяного, вот и всё, когда  получился такой вот  гибрид.
 

         Молодая женщина с рыбьим хвостом и  с лицом своего отца с  благодарностью смотрела на мудрую черепаху, из глаз её  больше не  катились слезы, она только удивленно и одновременно радостно всплеснула  своими хрупкими нежными ручками, поблагодарив мудрость черепахи и весело  засмеялась.
 

      Теперь  уже от этих звуков,  её  громкого  радостного   смеха, а  не плача и рыданий,  снова  повылезали отовсюду    лягушки,  опять   прилетели из соседних лесов птицы  для того,  чтобы порадоваться вместе с  русалкой, почти заново родившейся, поквакать и пощебетать,   попрыгать и  похлопать крыльями, когда кругом звонко и   радостно шелестели листья  на деревьях,  переговариваясь между собой,   с громким шелестением    падали иголки с елей и сосен, не выдержавшие такой радости, а черепаха  медленно плыла прочь,  потихоньку всё глубже    погружаясь в водную  пучину, с чувством выполненного долга, “Не всем же быть такими мудрыми,  как она” -   думала она про себя,  почти полностью  уже   исчезая   в  серо-голубых водах,   в их глубинах,  оставляя за собой,  как и прежде     сидящую на коряге в центре озерца-болотца русалку с лицом водяного, но  уже совсем в другом настроении.
 

19.05.2020 г
Марина Леванте
 

© Copyright: Марина Леванте, 2020
Свидетельство о публикации №220051900554 

Error

Comments allowed for friends only

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded