March 14th, 2018

Приспособленец

  Гоша не был,  чем-то из ряда вон выходящим, жил, как все, ходил  в школу,  вступал в октябрята, потом в пионеры, затем, как было положено, стал комсомольцем, вместе с остальными мальчишками  курил где-то в закоулках туалетной комнаты на  школьных этажах, потом совсем вырос и стал тем, кем стал…

 Чего его понесло в Италию в общем потоке беженцев, не совсем было понятно. Да и не был он каким-то крутым бизнисменом, его не искали братки местного разлива,  и за границей в офшорах  счетов не имел, он не был Иваньковым  и не вояжировал туда и обратно с риском оказаться за решёткой там или здесь, он был обычным советским человеком, одним из многих,  но которому  хорошо там, где нас нет, и  ему там как раз - таки даже очень, но без  нас. Потому и рванул, куда подальше, когда открылась вся  правда жизни и границы.

  В Италии же  нас тоже не было, когда он туда направил свои стопы, зато там было жаркое солнце и не  было потребности в оплачиваемом   обогреве,  за исключением некоторых районов на севере страны, там были огромные оливковые плантации, правда, не Гоше принадлежащие,  и чужеземные фрукты и овощи,  пахнущие экзотикой, и от которых поначалу могло случиться несварение желудка, но зато в свободной доступности и почти,   бесплатно…

 А ещё   раньше там  был фашистский режим Муссолини, мало чем отличающийся от советского и даже казавшийся  цветочками на фоне нашей системы ягодок,  ибо обладал   мистическим вождизмом,  и презрением  к выборной демократии и либерализму, чего как раз и не было   в советском государстве,  и собственно,  присутствовало в нём верование     в господство элит и естественную социальную иерархию, ну,  и в редких случаях этому режиму  присущ  был ещё и   геноцид. Правда, Дуче всегда боролся ко всему остальному  и  с коммунизмом, может быть по этой причине  и выбрал Гоша именно эту страну…? Какой-то своей похожестью и тем отличием,  которое, не только  ему было не по душе.   Но бывший комсомолец и пионер его -  то уже не захватил.   Хотя мог ещё успеть хотя бы в Испанию к Франко под крыло,  если бы постарался и поспешил, тот продержался с небольшими изменениями той же системы аж,  до самой своей смерти,  до 70-х…

И всё равно там,  на островах было лучше, чем здесь, где остались мы, его с нами больше не было, он был там, где не было нас, напоследок упившись дешёвым спиртом ройяль, не им привезённым,  сел в самолёт и укатил, но решил не забывать о нас, сидя там…

 Вспомнив о былых временах, гордо нацепил на лацкан пиджака, что висел на прибитом гвозде в углу его комнаты,  комсомольский  значок, засунул босые ступни  в парусиновые туфли, там было жарко,  и не было потребности в одежде,  и стал оттуда,  громко и призывно, сидя по пояс голым,  в одних трусах,   кричать, как он за  всех…

 Как же это оказалось  удобно, одной ногой остаться с нами, а другой зацепиться за край желаемого благополучия, и даже обладая равными правами гражданина, голосовать за наших представителей власти, запихивая   тем временем жирный кусок приготовленной пиццы в рот, и даже не вытирая пальцев, поднимать их  выше и опять кричать,  как он за того, кто лучший здесь у нас, когда он там, где нас в помине  нет. Да, это удобно, так приспособиться к иной жизни, чтобы,  не забывая о прошлой, и зная о нынешней чуть-чуть, услышав краем уха, распинаться  о том, как надо… ещё и периодически постукивая себя в грудь, разъетым кулаком,  считая, что не предал.

И Гоша  так привык, к тому комфорту и уюту, что позабыл узнать, а так ли хорошо тут, в отличие от,  там.. Его больше не было здесь, где хорошо, но   он  действительно считал, что  всё  нормально, раз отчалил навсегда.  Ведь хорошо бывает только там, где нас нет… Но почему-то  больше не стремился сюда, отдавая голос оттуда, а мы потом, конечно же,  куда без этого,  ведь, нам  привычно, расхлебаем итог такого голосования,  или больше выхлебаем те щи, что Гоша -  банальный приспособленец, променял на оливковые поля,  решив, что свои уже не подлежат восстановлению, отдав на растерзание свои берёзовые рощи и  равнины, что были ему родными и знакомыми до боли.

Но видно, чтоб душа совсем не изболелась,  решил чужое приурочить к своему. Спустя годы, он периодически пытался  одним глазом заглянуть туда, где не был лет – надцать, но интерес его  застревал на точке, сколько надо, чтобы было так же и даже лучше,  чем в стране под солнцем.

Нет, он не хотел узнать, как сможет заработать, пойдя в обход азиатских мигрантов, имея неплохую  профессию в руках. Его руки предназначались давно только для поднятия вверх и на всякий случай дачи своего голоса, который мёртвым грузом должен упасть на дно урны, для сбора избирательных талонов.

Но самое печальное,  что таких,  как Гоша  развелось уйма в наше время, когда идёт борьба не за жизнь,  а за выживание… И  это  тоже, не из ряда вон выходящее явление, оно весьма  закономерно,  любой исторический  виток в развитии  человечества  порождал класс подонков и  выворачивал их  наизнанку, выявляя самые отвратительные человеческие качества, и плодя в огромном количестве их фантомов или двойников, как угодно,  как и в военное время, когда многие  люди принимали образ скотов, тоже руководствуясь   принципами самосохранения.
Collapse )